Мы вступили в Божий свет,
Он нутро нам проницает,
Помышления судит сердец,
Свет пришел,А народ убегает.
Припев:
От плода с древа знанья не ешь,
Искушенье простое украсит,
В сердце страсть-Хочу родилось,
Как приятно,но пламя не гаснет.
В серость темных углов,
Чтоб не видел Творец?
(Как похожи с тобой,
Мы сейчас на Адама.)
Отступил он играя судьбой,
Бог сказал ему прямо.
Припев:
От плода с древа знанья не ешь"
Искушенье- простое украсит,
В сердце страсть-Хочу родилось,
Как приятно.Но пламя не гаснет.
И открылись глаза,Посмотрите наги.
Беззащитны без Бога,как лист,
Убоялись Тебя,не сказали прости,
Испугались?Скажите Любви,
Ради Бога,прости нас Творец.
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
3) Жизнь за завесой (2002 г.) - Сергей Дегтярь Я писал стихи, а они были всего лишь на бумаге. Все мои знаки внимания были просто сознательно ею проигнорированы. Плитку шоколада она не захотела взять, сославшись на запрет в рационе питания, а моё участие в евангелизациях не приносило мне никаких плодов. Некоторые люди смотрели на нас (евангелистов) как на зомбированных церковью людей. Они жили другой жизнью от нас и им не интересны были одиночные странствующие проповедники.
Ирина Григорьева была особенной. Меня удивляли её настойчивые позиции в занимаемом служении евангелизации. Я понимал, что она самый удивительный человек и в то же время хотел, чтобы она была просто самой обыкновенной девушкой. Меня разделяла с ней служебная завеса. Она была поглощена своим служением, а я только искал как себя применить в жизни и церкви. Я понимал, что нужно служить Богу не только соответственно, не развлекаясь, но и видел, что она недоступна для меня. Поэтому в этом стихе я звал её приоткрыть завесу и снять покрывало. Я хотел, чтобы она увидела меня с моими чувствами по отношению к ней и пытался запечатлеть состояние моего к ней сердечного речевого диалога, выраженного на бумаге. Но, достучатся к ней мне всё никак не удавалось.
